Home page
Send mail
Forward
Back


НАШ� ПРОЕКТЫ









ФЛАШ РОЛ�К�

Эти подвижные ролики с использованием анимации раскрывают в очень доступной форме основные понятия гендера.




ГЛОССАР�Й

Представленный глоссарий содержит основные понятия гендерной теории и феминизма. Для более углубленных понятий рекомендуем обратиться к Тезаурусу женской терминологии.




ГЕНДЕР ДЛЯ ЧАЙН�КОВ

Курс "Гендер для чайников" создан на основе материалов одноименной книги, выпущенной в 2006 году Фондом имени Генриха Бёлля.

Эта книга написана для женщин и мужчин, которые хоть раз в жизни сталкивались с проблемами, когда их «пол» становился их «потолком»




РЕСПУБЛ�КАНСКАЯ СЕТЬ ГЕНДЕРНОГО ОБРАЗОВАН�Я

В сентябре 2007 года стартовал проект, который впервые в постсоветской развивает национальную сеть гендерного образования от школы до послевузовского образования. Сама сеть и ее дальнейшее развитие без донорской поддержки станет итогом 7- летней работы по достижению гендерного равенства в образовании. Проект выполняет коалиция: Республиканский �нститут учителей, Азербайджанский информационный гендерный центр, Программа уполномоченное образование.




Cостояние гендерного образования и гендерных исследований в странах постсоветского пространства


 

1. Участники и основные задачи проекта

Предлагаемый читателю сборник текстов был создан в рамках проекта «Гендерное образование», осуществляемого в восьми странах постсоветского пространства - Азербайджане, Армении, Грузии, Казахстане, Кыргызстане, Молдове, Таджикистане и Узбекистане. Координационным центром этого международного проекта является Институт социальной и гендерной политики (Москва, Россия), а основными движущими силами, занятыми его реализацией - Женская Сетевая Программа Института «Открытое общество» и женские неправительственные организации, выступающие в качестве институциональных партнеров этой программы. Идея осуществления проекта зародилась в ходе конференции «Гендерное образование: теория и практика», состоявшейся в ноябре 2003 г. в Бухаре, и последующей рабочей встречи представительниц стран - потенциальных участниц проекта.

Насущная необходимость развития гендерного образования была признана всеми участниками и конференции, и последующего совещания. В период интенсивных трансформаций в странах постсоветского пространства вопрос о гендерном равноправии встал с особой остротой, более того, стало очевидно, что эта проблема нуждается в новом осмыслении с учетом специфики развития каждой страны, ее культурных особенностей. Критически важно, чтобы представления о гендерных отношениях, о правах и женщин, и мужчин прививались молодежи, будущим специалистам - тем людям, в руках которых находится будущее каждой страны. Новые национальные государства представляют собой арену борьбы различных идеологий, причем во многих странах заметную роль и влияние в этой борьбе приобрели религиозно-фундаменталистские идеологические течения, подразумевающие консервативные представления о мужских и женских гендерных ролях. Эти идеологии накладываются как на советский опыт (относительно) эгалитарной гендерной политики, так и на разнообразные национальные традиции, которым современные участники культурных процессов активно приписывают выгодные им смыслы.

Обсуждение этих проблем показало также, что каждая из стран уже имеет свой опыт развития гендерного образования, хотя, безусловно, разные страны находятся на разном уровне этого процесса. На возможность развития и институционализации гендерного образования существенно влияют и особенности системы образования в каждой стране, и объем уже проделанной в этом направлении работы (в которой большая роль принадлежала проектам ЖСП), и уровень развития гендерного сообщества в целом. Но самые большие различия, несомненно, обусловлены разнообразием культурно-идеологического контекста в странах постсоветского пространства. Все это, по признанию многих участников совещания, непосредственным образом влияет на возможности внедрения и содержание национальных программ гендерного образования.

Любая образовательная программа, для того, чтобы быть успешной, с необходимостью должна быть «укоренена» в специфику культурных интересов и повседневных реалий целевой аудитории. Любые аргументы в пользу гендерного равенства и прав женщин «повиснут в воздухе», если не будут подкреплены материалами из жизни данной конкретной страны. В большей степени это также относится к феминистской теории, которая, не будучи надлежащим образом связана с жизненными реалиями обучаемых, останется для них «навязываемой западной идеологией».

Поэтому для всех людей, заинтересованных в продвижении прав человека в постсоветских странах, в частности, гендерных прав, так важен обмен опытом и глубокое понимание политического контекста развития гендерного образования в каждой стране. Без осознания того, что уже сделано на этом пути, какие возникают основные проблемы, к каким ресурсам можно обращаться, невозможно вырабатывать новые стратегии и двигаться вперед. Так родилась идея создания этого собрания аналитических докладов, отражающих состояние гендерного образования и гендерных исследований в каждой из стран - участниц проекта на настоящий момент.

Задачи дальнейшего развития гендерного образования и выработки оптимальных стратегий его распространения и институционализации определили выбор фокусов анализа: авторы национальных докладов особо пристальное внимание уделяют политическому контексту, на фоне которого происходит внедрение гендерной идеологии (включая сюда масштабные образовательные реформы, проходящие в том или ином виде во всех странах СНГ); двигателям процесса гендерного просвещения - различным институтам и общественным организациям; конкретным мероприятиям, которые уже проводились в каждой стране; наличию доноров и прочих ресурсов, обеспечивающих возможность проведения этих мероприятий; состоянию «гендерного сообщества» исследователей, преподавателей и активистов; основным доступным информационным ресурсам - печатным и электронным.

Пока в сборник включены национальные доклады лишь из тех стран, которые на данном этапе принимают непосредственное участие в реализации этого международного образовательного проекта - в дальнейшем он, вероятно, будет дополнен информацией о других странах постсоветского пространства. Складывающаяся картина непростого продвижения гендерного просвещения, возникающих на этом пути препятствий и способов их преодоления, а также аналитическая оценка места гендерного компонента в происходящих образовательных реформах, несомненно, будет полезна всем тем, кто заинтересован в развитии гендерного равенства и прав человека в этих странах.

 

2. Политический контекст

Говоря о политическом контексте, на фоне которого осуществляются различные инициативы, направленные на гендерное просвещение в странах СНГ, первым делом, конечно, следует его признать его высокую неоднородность. Каждая из бывших советских республик идет своим путем, и по-своему осуществляет строительство и развитие национальной государственности. Многие из этих стран прошли через серьезные политические катаклизмы, революции, гражданскую войну, вооруженные столкновения с ближайшими соседями. Как сказываются эти события, этот разнообразный политический опыт на уже существующих практиках и перспективах развития гендерного образования? На первый взгляд, как это ни парадоксально - почти никак. Ситуация в разных странах СНГ в этом отношении обнаруживает гораздо больше сходства, чем различий. Чтобы понять природу этого феномена, необходимо обратиться к общему для всех этих стран советскому прошлому.

Советская гендерная политика преследовала вполне определенные цели: государство было заинтересовано в женских рабочих руках, и одновременно в женщинах как матерях, отвечающих за воспроизводство человеческих ресурсов. Поэтому базовым типом советского гендерного контракта применительно к женщинам был контракт «работающей матери»: сочетание высокой занятости женщин в общественном производстве с их бесплатным трудом в домашнем хозяйстве. Государство, со своей стороны, обеспечивало возможность совмещения этих функций, предоставляя женщинам различные льготы, пособия и, главное, доступные детские учреждения. В принципе, этот контракт доминировал во всех советских республиках, хотя в Центральной Азии доля работающих женщин была несколько ниже за счет большего количества многодетных матерей. Высокая занятость женщин обусловила их высокий образовательный уровень и профессиональную активность.

Годы независимости в постсоветских странах были связаны с масштабными структурными преобразованиями, приведшими к созданию тех или иных форм рыночной экономики. Эти преобразования неизбежно сопровождались свертыванием социальных программ и ростом безработицы, что в первую очередь ударило по интересам женщин как социальной группы. Специфика их положения на рынке труда как «невыгодных» работников, которым надо предоставлять социальные льготы и, нередко, декретные отпуска, привела к феминизации бедности во всех постсоветских странах, вытеснению женщин на периферию экономической жизни и в низкооплачиваемые сектора экономики. Политически женщины также оказались в невыгодном положении: авторы всех без исключения национальных докладов указывают на очень низкое женское представительство в органах как законодательной, так и исполнительной власти, на ключевых государственных постах.

В принципе, это картина, типичная, к сожалению, для большинства стран мира. Но специфика нашего региона заключается в том, что гендерное равенство на уровне риторики и в какой-то степени на уровне социальной политики семь десятилетий поддерживалось на государственном уровне, и это не могло не отразиться на менталитете населения, имевшего опыт советской социализации.

Поэтому сложившаяся ситуация с массированным нарушением прав женщин воспринимается во всех странах, представивших свои доклады, как реальная проблема. Несмотря на то, что в каждой из этих стран существуют консервативные круги, полагающие, что новая национальная государственность предполагает решительный отказ от всего советского опыта и возвращение к традиционному обществу, не предполагающему гендерного равноправия, на государственном уровне такая логика не признается. Равноправие всех граждан, независимо от пола закреплено во всех национальных конституциях, более того, в ряде случаев создаются специальные институты, призванные следить за соблюдением прав женщин и готовящие для этого новые законодательные акты. Так, например, в Азербайджане Комитет по делам женщин разработал проект закона «О государственных гарантиях равных прав женщин и мужчин», в Казахстане аналогичный орган разрабатывает «Стратегию гендерного равенства». Близкие по смыслу и идеологии законодательные акты находятся на рассмотрении в государственных органах Грузии, Кыргызстана, Молдовы. В Таджикистане изменения в законодательство уже внесены, причем принят целый пакет законов: Национальный План действий по повышению статуса и роли женщин на 1998-2005 гг., Указ Президента «О повышении роли женщин в обществе» (1999 г.), «Государственная программа по обеспечению равных прав и возможностей для женщин и мужчин на 2001-2010 гг.», Закон «О государственных гарантиях равноправия мужчин и женщин и равных возможностей их реализации» (2005 г.) В Узбекистане были приняты изменения и дополнения в законы республики, обеспечивающие 30%-ные квоты для женщин при выдвижении кандидатов в парламент. Правительство Армении в апреле 2004 года утвердило «Национальную программу по улучшению положения женщин в Республике Армения и повышению их роли в обществе на 2004-2010 гг.»

Конечно, все эти государственные меры связаны не только с тем, что идеология гендерного равноправия прочно укоренилась в советское время. Перед всеми новыми независимыми государствами стоит задача укрепления международного престижа, включения в мировое сообщество и легитимации своих политических режимов. Большую роль в этом процессе играют отношения с крупнейшими международными организациями, прежде всего, с ООН и, в какой-то мере, с Евросоюзом. Гендерное равенство закономерно воспринимается как часть политики и идеологии этих влиятельных межгосударственных институтов, и желание поддерживать с ними равноправный диалог подталкивает новые государства на принятие и ратификацию международного правозащитного законодательства - особую роль среди этих законов имеют конвенции CEDAW (1979) и о ликвидации всех форм насилия по отношению к женщинам (1993). Все страны, представившие свои национальные доклады для данного проекта, присоединились к этим конвенциям в первые годы своего существования. Можно сказать поэтому, что риторика гендерного равенства и прав женщин для этих стран относится к специфическому дискурсу, связанному с презентацией своей страны как «продвинутой» и прогрессивной.

С одной стороны, такая ситуация является благоприятной для развития гендерных программ, в том числе и образовательных, потому что задачи «вписывания» своих государств в глобальные процессы и повышения их международного престижа еще долго останутся актуальными для всех стран СНГ - и международные контакты, соответственно, продолжают служить одним из важнейших ресурсов развития организаций, заинтересованных в продвижении гендерного равенства. С другой стороны, это положение вещей порождает и определенные проблемы: как отметила одна из авторов национальных докладов, «профессионалы, культурная и интеллектуальная элита воспринимают гендерные инициативы как явление модное, но маргинальное и, во всяком случае, необязательное, часто как импортированный (навязанный западом) образ мыслей и культурно чуждое влияние». Ситуация особенно обостряется в том случае, если у данного государства в силу тех или иных политических причин возникают трения в отношениях со странами, воспринимающимися как основные носители «западной идеологии» (к которой в таких случаях «по умолчанию» относится и гендерное равенство): так, в частности, случилось в Узбекистане, где испортившиеся отношения с рядом западных общественных организаций привели к свертыванию многих просветительских гендерных проектов.

Таким образом, общий анализ политического контекста, проделанный в представленных в данном сборнике докладах, приводит к выводу о том, что для успешного развития правозащитного движения в этих странах, в том числе гендерного, необходимо его дальнейшее укоренение и перевод на язык национальных интересов. Надо сделать общественным достоянием идею о том, что гендерное равенство важно не только для международного признания, но и для внутренней динамики каждой страны, для реализации базовых социальных программ.

 

3. Образование

Понятие «гендерное образование» имеет два важнейших аспекта. Первый из них относится к содержанию учебных курсов: предполагается, что они должны знакомить слушателей с принципами гендерного подхода - или с основами гендерной теории в целом, или применением этих принципов в конкретной научной дисциплине. Имеет большое значение и форма преподавания - поскольку гендерное образование затрагивает базовые ценности и предполагает личностное восприятие учащихся, акцент делается на интерактивных методах усвоения материала.

Второй аспект относится к особенностям аудитории. «Гендерное образование» означает одновременно и гендерное равенство в образовании. В современных условиях эта проблема стала достаточно актуальной и в постсоветских странах. Традиционно советская система предполагала широкое развитие доступных образовательных институтов, и доля женщин с высшим образованием во всех этих странах до сих пор превышает долю мужчин. Однако переход к рыночной экономике оказался связан со значительным ростом монетаризации образовательных услуг, особенно в сфере высшего образования. Нередко конкретная семья в условиях ограниченных материальных ресурсов оказывается перед выбором: кому из детей в первую очередь следует оплатить институт? Перед аналитиками, подготовившими доклады, стояла в этой связи и вполне конкретная задача: проверить, не происходит ли вытеснение молодых женщин из образовательных учреждений.

В результате выяснилось, что тенденция изменения полового состава студентов вузов, во-первых, существенно различается в разных странах, во-вторых, носит сложный и неоднозначный характер внутри каждой страны.

Так, в частности, в Узбекистане по последним доступным статистическим данным девушки составляли лишь 38% студентов вузов, а в Таджикистане - 25%. При этом доступность высшего образования очень сильно различается для городских и сельских девушек. Как отмечают эксперты, демографические и социально-экономические особенности сельской местности препятствуют образованию девушек, особенно из малообеспеченных многодетных семей. Во-первых, при отсутствии финансовых возможностей дать образование всем детям, выбор родителей действительно делается в пользу сына. Во-вторых, помимо чисто рациональных причин (потенциально у молодых мужчин больше шансов извлечь непосредственную пользу из полученного образования и сделать карьеру), немалую роль играют и дискриминирующие традиции. Девушки больше ограничены в передвижении - далеко не все родители готовы отпустить их в город на учебу. Помимо этого, возраст 17-23 лет является стандартным возрастом для вступления в брак, и если большинство юношей могут продолжать образование независимо от изменения своего семейного статуса, то применительно к девушкам это далеко не так - они обычно прекращают учебу после замужества. К тому же процесс демократизации привел также к развитию религии и религиозных образовательных учреждений, а «религиозные деятели на местах негативно относятся к светскому образованию для девочек/женщин».

Надо сказать, что в Таджикистане существует государственная политика, направленная на преодоление этой ситуации: так, в 1997 году Министерство образования Республики Таджикистан приняло Постановление «О порядке ежегодного приема определенного количества девушек из дальних районов в вузы страны без вступительных экзаменов». Это Постановление было направлено на обеспечение необходимыми кадрами сельских районов страны, увеличение количества девушек в вузах, улучшение гендерного положения в вузовской системе. Согласно Постановлению, ежегодно в 13 государственных вузов страны принимаются девушки из дальних районов по различным специальностям, по так называемой «президентской квоте».

Однако в большинстве остальных государств, представивших национальные доклады, в области высшего образования пока сохраняется «советская» ситуация: например, в Молдове доля женщин среди учащихся вузов стабильно составляет 56-58%; в Кыргызстане - 54%; в Казахстане - 57%; в Грузии, хотя доля поступивших в вуз девушек чуть ниже, чем доля юношей, к выпуску их пропорция увеличивается и достигает 52%. В Армении в течение последнего десятилетия доля студентов женского пола в общем числе студентов во всех образовательных программах изменилась незначительно, уменьшаясь с 52% до 49%, в то время как в частных вузах, где количество студентов женского пола значительно превосходит количество студентов мужского пола, это соотношение уменьшилось с 78% до 67% за тот же промежуток времени. Относительно большая доля женщин в частных вузах в этой стране объясняется тем, что, во-первых, юноши избегают частных вузов, так как последние не дают отсрочку от призыва в армию; во-вторых, их меньшей престижностью - дипломы большинства даже аккредитованных частных вузов не признаются многими государственными и частными организациями, при этом в частных вузах обычно отсутствует магистратура и аспирантура, а их выпускники не могут продолжать свое обучение в магистратуре или аспирантуре государственных вузов (где уже преобладают мужчины).

Казалось бы, картина относительно оптимистическая, однако более глубокий анализ говорит о том, что высокая доля учащихся девушек не должна вводить в заблуждение: так же, как и в советское время, очень велика горизонтальная гендерная сегрегация - юноши обучаются по традиционным «мужским» специальностям, девушки - по «женским», и это, несомненно, приведет их в разные сегменты рынка труда. Более того, эксперты свидетельствуют о том, что сам социальный смысл получения высшего образования для юношей и девушек часто различается: для последних нахождение в вузе «служит, скорее, своеобразной системой социальной занятости, нежели базисом для будущей профессиональной карьеры». Об этом, по мнению экспертов, косвенно свидетельствует и преобладание девушек «в легкодоступном, хотя и низкокачественном массовом частном секторе высшего образования». В то же время в Азербайджане, например, ситуация обратная - там число юношей, поступивших в частные институты, превышает число девушек приблизительно на 25% - что лишний раз говорит о необходимости очень внимательно учитывать специфику каждой страны.

Важным фактором, влияющим на возможности продвижения гендерного образования, безусловно, также является общее состояние системы образования в каждой данной стране. В минувшее десятилетие эта сфера социальной жизни во всех посткоммунистических странах подверглась масштабным реформам. Направления этих реформ во всех этих странах в целом совпадали: с одной стороны, становление рыночной экономики привело к значительной степени коммерциализации образовательных услуг, с другой - наметилась тенденция к приспособлению национальных образовательных систем к международным стандартам. Ряд стран, в частности, Армения, Грузия, Кыргызстан и Молдова, находятся на разных стадиях присоединения к Болонскому процессу. Наиболее радикальный характер эти реформы приняли в Грузии, где «постреволюционное Министерство образования и науки, взамен постепенных, шаг за шагом, реформ, предложило законопроекты реформ и изменений сразу всех уровней образования». При этом большая часть профессорско-преподавательского состава просто потеряла работу, и набирается новый персонал. В остальных пяти странах события так далеко еще не зашли, но, тем не менее, в основном осуществляется переход с советской пятилетней системы на западную - бакалавриат плюс магистратура, водится единый государственный экзамен и проч.

Последствия всех этих реформ на сегодняшний день весьма противоречивы. К положительным итогам можно отнести значительную диверсификацию системы образования, открытие широкой сети новых вузов (преимущественно частных), большую гибкость и открытость образовательной системы, расширение международных контактов в этой сфере. К отрицательным - прежде всего, недоступность высшего образования для малообеспеченных слоев населения, падение качества базовой вузовской подготовки (которое отмечают все без исключения эксперты), отсутствие государственной аккредитации у многих новых образовательных учреждений, их недостаточная обеспеченность научными кадрами и слабая материальная база. В результате обучение в этих институтах носит довольно формальный характер и дает выпускникам разве что квалификационный диплом, и то не всегда вполне легитимный. Отмечается также и значительный расцвет коррупции.

Как все эти разнонаправленные факторы влияют на развитие гендерного образования?

Как отмечают Е.Здравомыслова и А.Темкина в своей статье, посвященной гендерному образованию в России[1], организационные возможности, создающие условия для институциализации новой специальности, чрезвычайно значимы в начальный этап ее становления. Формирование новых образовательных структур создает возможности для новых программ. В рамках новых факультетов и учебных заведений легче утвердить новую, еще нелегитимную тематику, вместе с другими курсами.

Другим важнейшим двигателем этого процесса служит фактор глобализации, с которым связаны, в частности, и международные контакты с центрами женских и гендерных исследований. Это взаимодействие облегчает доступ к профессиональной литературе, обеспечивает бесценный опыт совместных исследований и дискуссий, а нередко и возможности финансирования.

Аналитические доклады заставляют заключить, что на многие страны СНГ вполне можно распространить вывод Здравомысловой и Темкиной о том, что кризис научных институтов иногда оказывается, как ни парадоксально, «на руку» тем, кто старается утвердить новое направление в социальной науке, используя ресурсы международного сообщества. Даже ретрограды в администрации или просто незаинтересованные лица часто с удовольствием поддерживают новые программы, от которых может зависеть приток материальных ресурсов в образовательные и исследовательские структуры[2].

В то же время это «кризисное развитие» имеет и свои подводные камни. Во-первых, учреждение гендерных программ часто носит конъюнктурный характер, а это сказывается на их качестве; во-вторых, сильные международные коннотации нередко служат поводом для критики со стороны защитников «аутентичной национальной культуры» (что бы под ней не подразумевалось); в-третьих, ситуация постоянных довольно радикальных реформ не способствует укоренению новых курсов в расписании - промежуточные формы институциализации нередко оказываются непрочными.

В целом отношение к введению гендерных дисциплин в вузах, по мнению наших экспертов, колеблется от сдержанно настороженного до умеренно позитивного, но чаще всего оказывается просто индифферентным. Исключение составляет руководство отдельных вузов и факультетов - по два-три случая в каждой стране - которое проявляет искреннюю заинтересованность в новых программах. В таких случаях создаются «опорные точки» распространения гендерного образования, очень важные для общего развития этого проекта в национальном контексте, своего рода локальные ресурсные центры.

Наиболее благожелательное отношение гендерно-просветительские инициативы встречают в Казахстане, озабоченном своим имиджем динамично развивающейся и современной державы, и в Молдове, ориентирующейся на образовательные стандарты Евросоюза. В Таджикистане и Азербайджане они также имеют определенную политическую поддержку, поскольку в целом соответствуют позиционированию этих стран как модернизированных и прогрессивных. В перспективе весьма благоприятная ситуация по тем же причинам может сложиться и в Грузии, но пока этому препятствует общий размах реформ, сквозь который трудно понять будущие контуры новых образовательных институтов.

Наименее дружественная обстановка в отношении развития гендерного образования на сегодняшний день сложилась в Узбекистане - хотя нельзя сказать, что там существует явное сопротивление введению новых курсов по гендерной тематике, однако они ассоциируются с «чуждым» западным влиянием, и это заставляет руководство вузов относится к этим инициативам довольно настороженно.

Тем не менее, все эксперты единодушны в одном: каков бы ни был институциональный и политический контекст в данной стране, основными двигателями гендерного образования всегда являются не государственные органы, а индивидуальные или объединенные в группы энтузиасты. Практически все инициативы по осуществлению гендерных программ во всех странах происходили «снизу»: либо от неправительственных организаций, либо, в случае преподавания гендерных дисциплин в вузах, от преподавателей, поддержанных руководством вуза - деканом при согласии ректора. При этом большую роль играют личные отношения преподавателей с руководством, а также уровень гендерной чувствительности деканов и ректоров. Точно так же и основным препятствием в распространении этих курсов являются не столько политические и культурные барьеры (там, где они есть), сколько малочисленность подготовленных и мотивированных преподавателей.

 

4. Институты и организации

Таким образом, можно выделить следующих агентов, способствующих продвижению гендерного образования в станах СНГ:

  1. Неправительственные женские организации, занимающиеся, в том числе, и организацией гендерного и женского просвещения;
  2. Исследователи и преподаватели гуманитарных дисциплин, в профессиональные интересы которых входит гендерная проблематика;
  3. Немногочисленные прогрессивно настроенные руководители кафедр, факультетов и учебных заведений;
  4. Международные организации и доноры, в мандат которых входит поддержка образовательных инициатив и женского движения.

Главным движителем этих процессов, безусловно, являются первая и вторая группы, причем зачастую это бывают одни и те же или тесно связанные между собой общими проектами люди: на начальной стадии развития гендерного образования контакты гендерного академического сообщества с женским движением бывают особенно сильными (как это было и в США, и в Западной Европе)[3]. Но спецификой развития соответствующих инициатив в нашем регионе является очень большая роль четвертой группы агентов, а именно международных организаций.

Такая ситуация связана с вполне конкретными причинами. Все страны, участвующие в проекте, делают лишь первые шаги в развитии гражданского общества, и этот процесс, накладывающийся на ожесточенную политическую борьбу между властными элитами, идет далеко не просто. Женские организации, старающиеся не стать разменной картой в этой борьбе, чаще всего от нее дистанцируются и, как следствие, не обладают сколько-нибудь значительными материальными и организационными ресурсами. В то же время рыночные реформы в большинстве стран привели к значительному падению уровня жизни широких слоев населения, в том числе и академической интеллигенции. Зарплаты преподавателей в большинстве вузов едва могут (а иногда и просто не могут) обеспечить элементарное выживание самих специалистов и их семей, отсюда высокий уровень вторичной занятости в этой среде, и, как следствие, отсутствие также и ресурсов свободного времени, необходимого для саморазвития и разработки новых курсов, в том числе и гендерных.

Государство, даже в том случае, если в целом благожелательно относится к введению гендерных образовательных программ, сохраняет позицию нейтралитета и не осуществляет никакой реальной их поддержки. Ни в одной из описываемых стран гендерные дисциплины пока не вошли в государственный образовательный стандарт, а значит, внедряться в учебный план могут только инициативно. Частичное исключение - это Таджикистан, где существует с 2001 г. государственная программа «Основные направления государственной политики по обеспечению равных прав и возможностей мужчин и женщин в Республике Таджикистан», в которой официально закреплена желательность введения гендерных курсов в учебных заведениях республики. Близка к этому и ситуация в Азербайджане, где Министерство одобрило включение в программы разных вузов ряда гендерных дисциплин.

Таким образом, международные организации, обеспечивающие энтузиастов литературой (в условиях почти полного отсутствия ее в обычных библиотеках - см. об этом ниже), возможностями профессиональной переподготовки на различных курсах, летних школах и т.п., обмена опытом и стажировок, наконец, не в последнюю очередь просто организационными и материальными возможностями для проведения необходимых мероприятий, вплоть до подготовки учебных курсов, сыграли в этой обстановке роль совершенно необходимой «теплицы», без которой ростки гендерного образования просто не смогли бы взойти. К сожалению, анализ текстов докладов по разным странам заставляет заключить, что, при всех недостатках «тепличной жизни», эта стадия институциализации еще не пройдена: суровый экономический и политический климат постсоветских стран по-прежнему угрожает существованию хрупких инновационных начинаний, и многие из них, оставшись без поддержки, пока еще могут погибнуть. Причин такого «затянувшегося отрочества» немало: стабильности гендерных проектов препятствуют и политические потрясения, и крайняя ограниченность материальных ресурсов и, наконец, в ряде стран - прямое противостояние со стороны набирающей силу неотрадиционалистской идеологии.

В то же время, за счет объединения усилий всех заинтересованных в продвижении гендерного образования групп сделать удалось немало. Так, в Азербайджане гендерные курсы были включены в учебный план 5 из 42 высших учебных заведений. В Армении они читаются в 13 из 90 вузов (специфика Армении в широком распространении небольших частных учебных заведений, за последнее десятилетие их открылось 72 штуки. Можно предположить, что преобладание девушек в составе учащихся этих вузов говорит об определенной девальвации услуг этого сектора образования). В Грузии основным очагом гендерного образования является Тбилисский государственный университет (включая его филиалы), в нем на разных факультетах читается 6 гендерных курсов, и еще несколько - в других вузах. В Казахстане в 13 вузах, из 180 существующих в республике (из них 46 государственных и 134 частных), читается в общей сложности 36 различных гендерных курсов. В Кыргызстане гендерные курсы читаются более чем в 10 вузах из имеющихся 46 (из них 31 государственный и 15 частных). В Молдове читается 7 гендерных курсов, из них 5 - в Молдовском государственном университете (всего в Молдове 36 вузов - 16 государственных, 20 частных). В Таджикистане читается 11 гендерных курсов в 6 вузах (из 13 государственных и 20 частных). В Узбекистане ситуация наиболее сложная, и полную картину национальному эксперту составить не удалось. В этой стране в разных семестрах читается всего несколько гендерных курсов (включая сюда гендерные модули, входящие в состав других гуманитарных дисциплин) приблизительно в трех-пяти вузах.

Учитывая все описанные выше сложности, связанные с развитием гендерного образования, можно считать, что это достаточно значимые показатели, указывающие на то, что серьезный задел в этой области уже создан.

Если говорить об организациях, практически занимающихся гендерным просвещением, то их можно условно разделить на гендерные центры и объединения более широкого профиля деятельности. Гендерные центры, существующие, как правило, при вузах (а иногда и отдельно, как, например, в Алматы) играют ключевую роль во внедрении гендерных курсов в вузовские программы, причем многие из них являются ресурсными организациями не только для своего вуза, но и для целой сети других (как, например, Гендерный центр Западного университета в Баку, Ванадзорского пединститута в Армении и т.п.) Еще одна важная их черта, существенно повышающая их эффективность как узловых звеньев системы гендерного образования - это сочетание преподавания с организацией исследований, без которых невозможно наполнять курсы эмпирическим материалом. Как показывает также и западный опыт, именно с центров гендерных и женских исследований обычно начинается массовое внедрение гендерных курсов в университетские учебные программы. Наличие в вузе специализированной структуры, где накапливается необходимая литература, осуществляется обмен опытом, координация и взаимная поддержка, создает необходимый потенциал, который не могут создать отдельные и разобщенные преподаватели-энтузиасты.

Что касается женских неправительственных организаций, то они в основном занимаются организацией тренингов во вневузовской сфере и работают с целевыми аудиториями - например, сельскими женщинами, женщинами - кандидатами во время выборных компаний, предпринимательницами и т.п. Их деятельность также очень важна, потому что гендерное образование по природе своей не может замыкаться в рамках академической и образовательной системы - оно непременно должно проникать в самые широкие общественные структуры и институты, иначе его миссия не сможет осуществиться, и оно превратится во что-то вроде курсов научного коммунизма в советских вузах. Эксперты единодушно отмечают важность взаимодействия между вузовским и вневузовским гендерным образованием. В ряде случаев нетрадиционные образовательные проекты оказываются более успешными - так, например, в Узбекистане при большой сложности продвижения академических курсов достаточно прочные позиции завоевала программа «Уполномоченное образование», направленная на повышение гендерной чувствительности у молодежи и других групп населения.

Среди доноров, поддерживавших развитие гендерного образования в восьми странах, от которых представлены национальные доклады, следует выделить Программу развития ООН (UNDP), ЮНИСЕФ, Фонд населения ООН, ЮНЕСКО, Женский Фонд Развития Организации Объединенных Наций (ЮНИФЕМ), Агентство США по международному развитию (USAID), Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Всемирный банк, ТАСИС/ЕС, Фонд Эберта, Фонд МакАртуров, Шведское агентство по международному развитию (SIDA), Мама Кэш (Нидерланды), а также гуманитарные программы отдельных посольств - прежде всего, Швейцарии и США, в меньшей степени - Великобритании, Японии, в азиатских странах - Азиатский банк развития. Значительный вклад внесла Программа поддержки высшего образования Института «Открытое общество» в Будапеште (HESP), которая поддержала в этих странах целую серию летних школ, отдельные семинары, ресурсные центры, стажировки и дальнейшее обучение специалистов. Но наибольшее значение для развития гендерного образования, безусловно, имела деятельность Женской Сетевой Программы Института «Открытое общество». Это почти единственная (за исключением ЮНИФЕМ) донорская организация, для которой продвижение женских и гендерных программ является не просто одним из направлений работы, но главным приоритетом, и поэтому только применительно к ней можно говорить о создании системного подхода, охватывающего разные аспекты социальной деятельности, в том числе и образовательной. ЖСП ИОО участвовала во всех наиболее значимых инициативах в области гендерного образования в регионе, причем не только поддерживала перспективные проекты, но и вела (и продолжает вести) большую координационную деятельность.

 

5. Исследования и мероприятия

 

Помимо собственно разработки и внедрения лекционных курсов, во всех восьми описываемых странах происходили и другие образовательные и академические мероприятия.

Как уже отмечалось выше, особенно важную роль в становлении гендерного образования играет его постоянная подпитка результатами новейших исследований. Разумеется, это верно для любой дисциплины, но для гендерных курсов в странах СНГ исследования просто жизненно необходимы: во-первых, потому, что основной пласт гендерной теории был разработан в странах капиталистического Запада и опирался совсем на другие социальные реалии; во-вторых, потому, что эти страны находятся сейчас в стадии интенсивнейших трансформаций, затрагивающих буквально все аспекты их жизни, включая и гендерные отношения. В этих условиях образование может продвигаться только параллельно развитию исследований, позволяющих насытить его актуальной эмпирической информацией.

Поскольку происходящие социальные изменения во всех этих странах имели немало общих черт, можно сказать, что к настоящему времени в них сложился определенный общий набор приоритетных тем, привлекающих внимание исследователей. Среди них можно выделить, прежде всего:

  • Новые экономические стратегии мужчин и женщин, включая сюда женское предпринимательство, миграционные процессы; феминизация бедности;
  • Различные направления трансформации семейных отношений - как в сторону большей эгалитарности, так и, напротив, неотрадиционализма в разных слоях общества, включая сюда матримониальные стратегии, умыкание невест (прежде всего, в Кыргызстане), репродуктивные права и практики;
  • Проблемы насилия против женщин, в том числе семейного насилия;
  • Гендерные стереотипы и влияние на них различного рода идеологий, в том числе религиозных;
  • Гендерное равенство в образовании
  • Женское политическое участие и политическое лидерство.

Часть этих проектов в разных странах уже выполнена, часть еще находится в стадии реализации.

Из прочих образовательных мероприятий следует выделить, прежде всего, летние школы, которые, по свидетельству экспертов, имели огромное значение для развития профессионального сообщества гендерных исследователей и преподавателей в каждой стране. Такие школы, помимо повышения квалификации и обмена опытом, позволяют преодолеть разобщенность педагогических кадров в разных вузах и городах, создают базис для развития профессиональных сетей.

В Армении прошло целых три таких школы (Цахкадзор, 2002, 2003 и 2004 гг.); в Азербайджане - одна четырехдневная мини школа (Баку, 2000 г.); в Грузии - одна (Ахалцихский филиал ТГУ, сентябрь 2005 г.); в Казахстане - три (Алматы 2002 и 2003 гг., г.Каркаралинск 2002 г.); в Кыргызстане - две (Иссык-Куль 2003 и 2005), а также промежуточный установочный семинар в 2004 г.; в Молдове - две (2002 и 2003 гг.); в Таджикистане - одна (2003 г.); в Узбекистане полномасштабных школ не было, но проводилось значительное число конференций, семинаров и тренингов.

Помимо этого, большая международная зимняя школа с участием представителей всех этих стран прошла в январе-феврале в Стамбуле при поддержке Женской Сетевой Программы ИОО.

Кроме школ, в каждой стране проходило определенное количество конференций, семинаров и тренингов, посвященных различным частным проблемам гендерного образования и гендерных исследований.

 

6. Сообщество

Создание во всех восьми странах небольшого пока, но достаточно квалифицированного сообщества преподавателей и исследователей является одним из главных достижений истекшего периода развития гендерного образования. Разумеется, процесс его становления происходит далеко не беспроблемно. Поскольку само гендерное образование существует пока еще в виде отдельных очагов в отдельных вузах, воспроизводить его, так сказать, «естественным путем», за счет подготовки новых выпускников и аспирантов, достаточно проблематично. Основной костяк специалистов сформировался путем переквалификации и получения дополнительной квалификации.

Важный источник его пополнения - это молодые ученые, получившее высшее образование или закончившие магистратуру или аспирантуру в западных университетах. Особенно много среди них выпускников Центрально-Европейского университета, который имеет специализацию по гендерным исследованиям и активно набирает на свою магистерскую программу молодых специалистов из этого региона. Они удачно сочетают в своей работе знание местного контекста и хорошую теоретическую подготовку. Вообще, специалисты, подготовленные или переподготовленные с помощью различных международных программ, на сегодняшний день представляют собой элиту гендерного сообщества.

В целом же, по мнению экспертов, подтвержденному опытом летних школ, «качество работы и уровень гендерного профессионализма преподавателей вузов колеблется в очень широких пределах: одни берутся за чтение лекций, даже не проработав основополагающих хрестоматийных трудов по теории гендера или истории феминизма, другие обладают экспертными знаниями и проводят исследования, востребованные не только в своей стране, но и в ближнем и дальнем зарубежном гендерном сообществе».

Защиты кандидатских и докторских диссертаций по гендерной тематике пока единичны, поскольку ученые советы, как правило, представляют собой одну из консервативных частей национальных академических систем. Как отметила, например, наш эксперт из Кыргызстана, «аттестационный комитет настороженно относится даже к термину «гендер», что вынуждало некоторых исследователей переформулировать названия своих работ для допуска к защите, чтобы слово «гендер» в названии не звучало». Отрицательную роль, безусловно, также играет неопределенность статуса гендерных дисциплин и зависимость от администраций вузов при отсутствии поддержки со стороны министерства образования. Но все же число их медленно, но неуклонно увеличивается. Наиболее динамично на сегодняшний день развивается гендерное сообщество в Казахстане - там, в отличие от других стран, защищено уже 17 кандидатских диссертаций на гендерную тематику (из них одна на казахском языке) и 3 докторские.

Внушает оптимизм значительный интерес, который гендерная проблематика вызывает у самих студентов. Как отмечают эксперты во всех странах, они с удовольствием берут гендерные темы для своих дипломных магистерских работ.

 

7. Издания и книги

Общей чертой становления гендерного образования во всех восьми странах является значительный дефицит учебников и учебных материалов. До сих пор основная масса литературы по гендерным исследованиям, доступная в странах СНГ специалистам и студентам - это книги на русском или английском языках, которые приобретались на тренингах, семинарах и конференциях, проведенных за границей. Особенно мало пока методической литературы, которая помогала бы преподавателям осваивать новые курсы.

Значительная часть профессиональной литературы приобретается также на гранты, и хранится в гендерных центрах и других женских организациях. Характерно, что они обычно обладают более богатыми книжными коллекциями на гендерную тему, чем государственные библиотеки и библиотеки вузов. Это еще раз говорит о том, что гендерное образование пока существует, скорее, параллельно сложившейся академической системе и лишь частично в нее вписано. Так, например, Азербайджанский Гендерный Информационный Центр, созданный в 2002 году по инициативе Женской Сетевой Программы ИОО, располагает большой коллекцией книг, монографий, учебников по гендерным вопросам на азербайджанском, русском, английском, французском и других языках, число которых превышает 1200 изданий в целом. Центр также располагает коллекцией из 8000 газетных вырезок по гендерной и женской тематике, публикуемых в различных периодических изданиях Азербайджана на азербайджанском и русском языке с 1998 года. Ни одна национальная библиотека не может похвастаться таким солидным ресурсом гендерной литературы.

Переводы на национальные языки и издание аутентичной исследовательской и методической литературы происходит пока медленно, поскольку требует высокой квалификации переводчиков и значительных временных затрат. Особую проблему - не только филологическую, но и методологическую - составляет перевод и включение в национальный контекст западной терминологии.

Тем не менее, в каждой из стран уже существуют свои небольшие гендерные книжные коллекции на национальных языках. В Азербайджане она составляет около 13 изданий на русском языке и 20 на азербайджанском, в основном просветительского плана. В Армении вышло всего около 65 изданий, из них 53 на армянском. Заметную часть из них составляют тексты 10 лекционных курсов, изданных на армянском языке. В Грузии в 2002 г. в рамках проекта UNIFЕM для Южного Кавказа был издан учебник "Конфликт, гендер и построение мира". Всего же там вышло 34 просветительских издания, из них 23 на грузинском. В Казахстане вышло уже 51 изданий на гендерную тематику на русском языке и 5 на казахском. В Кыргызстане вышла монография в формате учебного пособия, издан сборник женских устных историй, переведено несколько монографий с русского языка. В Молдове изданы четыре учебных и учебно-методических пособия, публикуется много статей. В Таджикистане разработаны два учебно-методических пособия. В Узбекистане был опубликован учебник (на русском и узбекском языках) и хрестоматия на узбекском языке при содействии программы Институт «Открытое общество».

Из прочих гендерных изданий, выходящих в странах СНГ, стоит отметить бюллетени, которые выпускают многие женские организации, и сборники статей, которые публикуют исследовательские центры. Очень важно, что во всех восьми странах уже существует государственная гендерная статистика, и выходят ежегодные статистические сборники «Женщины и мужчины». Научная периодика на гендерную тематику пока не выходит, хотя иногда в течение коротких периодов времени издаются малотиражные журналы: например, «Гендерные исследования», 6 номеров которого вышли в Молдове в 2000-2002 гг. и "Гендершунаслыг" (гендероведение), 4 номера которого были изданы в течение 2000 г. в Азербайджане на русском и азербайджанском языках.

 

В целом же на данном этапе можно отметить преобладание издания информационно-просветительской литературы над научной. Это связано с тем, что академическое гендерное образование на сегодняшний день не является наиболее развитой частью женского движения.

 

8. Информационные ресурсы

В условиях определенной разобщенности гендерного сообщества электронные информационные ресурсы могли бы играть очень важную роль, смягчая и дефицит литературы, и недостаток профессионального общения. На сегодняшний день эту функцию наиболее успешно выполняет Центрально-Азиатская Сеть по гендерным исследованиям (ЦАСГИ), учрежденная в Алматы в 2002 г. В июле 2005 г. в ней состояло уже более 150 человек, объединенных ежедневной информационной рассылкой и дискуссионным листом. Наиболее динамичной частью этого ресурса является веб-сайт гендерные исследования (www.genderstudies.info), открытый в декабре 2004 г. Центром гендерных исследований г. Алматы. Сайт призван восполнить дефицит учебно-методической литературы по ГИ и явиться общедоступным русскоязычным ресурсом для гендерного преподавания и исследований в странах СНГ. Он реально содержит большое число научных текстов, полнотекстовых версий сборников, диссертаций, авторефератов, рецензий, учебных программ, ресурсов по ГИ, фотографий и другой полезной информации, и обновляется 2 раза в месяц.

На сайте размещен также онлайновый журнал «Гендерные исследования в Центральной Азии» http://www.genderstudies.info/magazin, выходящий с марта 2005 г., в котором исследователям и всем желающим предоставляется возможность опубликовать свои новые тексты по гендерной тематике.

Этот информационный ресурс можно считать в известной степени образцовым.

Другим неплохо работающим ресурсом можно считать Азербайджанский национальный портал по гендерным вопросам на азербайджанском, русском и английском языках. Портал постоянно обновляется и состоит из 12 разделов, таких, как проекты Женской Сетевой Программы, гендерные проблемы в переходный период страны, фандрейзинг, участие женщин в законодательных структурах Азербайджана и т.д. Портал дает возможность проведения социологических опросов на всех трех языках. Он также содержит информацию о 262 проектах по гендерным вопросам, реализованных в Азербайджане, базу данных о 57 женских НПО, сведения о курсах и степенях по гендерной науке, предлагаемых университетами США, Европы, СНГ и т.д. Портал также располагает электронной версией 7 000 газетных вырезок на азербайджанском и русском языках. Здесь предлагается подписка на новости, и в настоящее время число его подписчиков превышает 220 человек.

Других таких масштабных информационных проектов в странах СНГ пока не сложилось. Свои сайты имеют отдельные организации и гендерные центры во всех странах, на них располагается определенная информация, которая может быть использована и в образовательных целях, но в очень ограниченном масштабе. К тому же, по мнению экспертов, информация на большинстве этих сайтов обновляется недостаточно часто.

9. Основные выводы

 

Подведем же основные итоги. Анализ состояния гендерного образования, проделанный нашими экспертами в восьми странах СНГ, показывает, что, несмотря на значительную специфику национального политического и культурного контекста в каждой стране, ситуация в них имеет много общих черт. Связано это с тем простым обстоятельствам, что общей была не только отправная точка, но и заявленный вектор развития - все эти страны заявили о приверженности принципам демократии и рыночной экономики, все они, согласно своим конституциям, светские государства, гарантирующие равенство своих граждан, в том числе, и независимо от пола. В каждой из них дискриминация женщин на государственном уровне воспринимается как проблема, а достижение гендерного равенства - как желательное состояние (по крайней мере, формально). Все они присоединились к конвенции CEDAW и подписали другие важные международные документы, посвященные защите прав женщин.

В то же время реальная картина во всех этих странах довольно далека до заявленных идеалов. Формальное равенство полов перед законом не обеспечивается практической политикой, женщины страдают от дискриминации на рынке труда и в быту, более того, растут неотрадиционалистские настроения, согласно которым место женщины только в семье, а высший долг - исключительно материнство и подчинение мужчине. И ситуация с гендерным образованием в каждой стране зависит от сложного сочетания факторов: от того, насколько искренне политические элиты привержены «международным ценностям» (подразумевая под ними, в данном случае, правозащитный и эгалитаристский дискурс ООН) и разделяют ли они их вообще; от состояния системы образования в целом; от деятельности и приоритетов доноров в данной стране и от уровня развития гендерного академического сообщества.

Причем в разных странах на первый план могут выходить различные факторы, способствующие развитию гендерного образования и исследований: так, например, в Казахстане это достаточно высокий уровень развития заинтересованного академического сообщества; в Молдове - желание администраторов образования соответствовать стандартам Евросоюза; в Таджикистане - государственная поддержка, связанная с потребностями модернизации страны.

Во всех странах определенный путь уже пройден, и одновременно понятно, что это лишь начало пути. Гендерное образование, несомненно, нуждается в дальнейшей поддержке, в том числе и донорской, иначе его дальнейшее развитие может быть весьма проблематично. Слишком много объективных и субъективных препятствий стоит на его пути - неустойчивость национальных образовательных систем в период интенсивных реформ, бедность преподавателей, вынужденных браться практически за любую работу для выживания, консерватизм традиционного академического сообщества, наконец, просто идеологическая борьба за место женщин в политике и культуре каждого государства.

Недостаточно накоплено еще и методических ресурсов: отсутствуют учебники на национальных языках, и только складывается еще корпус тематической научной литературы. Исследовательские проекты, позволяющие насытить учебные курсы необходимой эмпирической информацией, пока еще немногочисленны. Не достает также переводных книг, в стадии становления электронные информационные ресурсы.

Очень востребованы сообществом преподавателей любые формы профессионального общения и повышения квалификации: летние школы, семинары, стажировки, международные контакты.

Конечно, важной вехой в продвижении гендерного образования стала бы его институциализация в виде обязательного компонента государственных учебных стандартов. Но для того, чтобы это произошло, нужно сделать еще большой объем лоббистской работы, причем она непременно должна идти параллельно с развитием профессионального сообщества, иначе введенные «сверху» курсы могут в ряде случаев обернуться профанацией. Как отметила, в частности, эксперт из Азербайджана Юлия Гуреева, нередко вместо гендерного подхода в традиционных дисциплинах, таких, как, например, история, социология, политология и др. применяется прием, известный как «добавить женщин и размешать». Это означает, что никакого пересмотра методологии той или иной дисциплины, как этого требует гендерный подход, не происходит, а просто добавляется некая информация о жизни женщин, ранее отсутствовавшая в соответствующих учебниках.

Вообще, поддержка государства, конечно, была бы очень полезна во всех странах, но рассчитывать на то, что она будет последовательной и всеобъемлющей, довольно трудно. Более правильной стратегий представляется поддержка энтузиастов и организация взаимодействия между ними - потому что все, что было уже сделано на сегодняшний момент, сделано за счет их усилий, творческого потенциала и самоотверженной гражданской позиции.

Впрочем, каждый читатель может составить свое мнение по этому поводу, прочитав представленные в сборнике национальные доклады. Придерживаясь общих принципов анализа, они, безусловно, отличаются по стилю, объему и содержанию. Иначе и не могло бы быть, поскольку различна ситуация в разных странах, свои приоритеты имеют и национальные эксперты. Разумеется, их точка зрения не обязательно отражает официальную позицию программы. Надеюсь, что это разнообразие только украшает представленную вашему вниманию коллекцию текстов.

[1] Здравомыслова Е.А., Темкина А.А. Институционализация гендерных исследований в России // Гендерный калейдоскоп. Курс лекций. Под общ. ред. М.М.Малышевой. М.: Academia, 2002. С.33-51.

[2] Там же. С.49.

[3] Ярская-Смирнова Е.Р. Возникновение и развитие гендерных исследований в США и Западной Европе // Введение в гендерные исследования. Часть I. Под ред.И.Жеребкиной. Т.I. Харьков: ХЦГИ; С.Пб.: Алетейя, 2001. С.17-48.

НОВОСТ� САЙТА

Здесь можно ознакомиться с материалами интерактивного тренинга « Гендерное прогнзирование», разработанного и проводимого командой АГ�Ца.

На сайте можно ознакомиться с материалами интерактивного тренинга «�нформационно-экологические ресурсы гражданского общества», разработанного и проводимого командой АГ�Ца.




"ГЕНДЕР � ПРАВА ЧЕЛОВЕКА"

Раздел раскрывает деятельность научно-исследовательского объединения, созданного в рамках проекта ПРООН «Гендер в развитие »




ЦЕНТР ГЕНДЕРНЫХ �ССЛЕДОВАН�Й ПР� ЗАПАДНОМ УН�ВЕРС�ТЕТЕ

Центр Гендерных �сследований при Западном Университете создан в июне 2000 года.

Миссия Центра:
# развитие и распространение нового для Азербайджанского общества гендерного подхода к анализу социальной жизни;
# интеграция гендерного подхода в научные исследования и образовательные программы.

Деятельность Центра Гендерных исследований реализуется в следующих основных направлениях:
# проведение женских и гендерных исследований;
# интеграция гендерной теории в социальные и гуманитарные науки;
# развитие научных и общественных связей;
# проведение и участие в конференциях, семинарах и симпозиумах;
# образовательная и научно-просветительская деятельность;
# публикация Центра Гендерных �сследований.




ВЫПУСКНЫЕ РАБОТЫ

Представленные выпускные работы анализируют гендерную политику транзитного общества и специфику гендерного конфликта в Азербайджане.




КАТАЛОГ РЕСУРСОВ ГЕНДЕРНОГО ОБРАЗОВАН�Я

Каталог отражает основные направления этой деятельности и знакомит с полученными результатами: разработанные учебные программы и пособия, изданные книги, проведенные школы и семинары, усиление регионального и международного сотрудничества, создание национального гендерного портала, предоставление виртуальных ресурсов, формирование библиотечных ресурсов.




УСТНЫЕ �СТОР��

В разделе представлены воспоминания женщин о важнейших событиях политической и культурной жизни Азербайджана ХХ века.



Устные истории о женском движении в Азербайджане



     РЎР°Р№С‚ подготовлен РїСЂРё поддержке Фонда "Открытое Общество" - Фонд Содействия